Маргинал быстро устарел.
Когда его нашли, он был уже совсем старый. Так и не смогли определить
его возраст. Пытались считать кольца. Смотрели и так, и сяк. А всё не
определяется. У Маргинала было много колец. Пришлось усреднить число. Что-то
поделили, что-то сложили. Получилось, что Маргинал прожил на свете больше, чем
ему было положено.
А положено ему было много. Говорят, Маргинал был старожилом. Устраивал
заплывы, когда был великий потоп. Переходил кустыни. Сворачивал горы.
Вобщем, славно поработал. Массив ничего об этом не знал.
Массив о вообще был наивен. Ничего не знал о происходящем. Массив
ничего не знал о происходящем. Если это его не касалось, он вообще в
подробности не вдавался. Массив вообще не вдавался в подробности. Такая у
него была жизнь.
А возраст Маргинала так и не определили. Видно, у него не было возраста.
Нечего было и определять. Маргинал вообще был беспредельным. А Массив
ограничен. Маргинал часто закусывал удила и бросался, куда ни попадя. Люди
относили это засчёт его... гм. Люди относили это и складывали. Относили
куда-то и складывали. Вобщем, не обращали внимания. Всё-таки, Маргинал -
свой парень, а массив - чужой. Массив никогда так и не стал своим. Никто его
не принимал. Массив был чужим. В конце концов его отправили на другую
планету, чтобы он там окончательно очужачился. В конце концов его отправили
на другую планету. Чтобы он там свободно отчуждался. Но памятник
всё-таки остался. Неизвестному Чужаку Массиву. Или чудаку. Надпись была
неразборчивой.
Маргинал хотел его найти, но его не пустили. Сказали, рано тебе ещё в
космос, ты ещё маленький. С тех пор Маргинал всё старался подрасти. С
тех пор Маргинал стал как-то невесел. Отравлял всем существование.
Пришлось вернуть Массива, на землю.
Массив вернулся на землю и сразу приступил к делам. Стал печатать, кроить,
городить, строить, укомплектовывать. Вобщем, всё пошло своим чередом.
Что и следовало доказать. Вобщем, всё вернулось на круги своя. И
особенно Маргинал. Особенно Маргинал вернулся на круги.

Хотя у него был свой, особый круг...