упади куском на землю обетованную,
вспыхни племенем геенны огненной,
обрати Русь из православной в облаенную
жидовской ересью, тварью подлинной.

на крестах распяты половина населения,
повешены, развалены шеи могучие.
бельма лепят на глаза моему поколению,
наполняя легкие смрадной отдушиной.

прах царей, покоящийся в кубках из золота
покрылся плесенью неравноправия.
затянувшаяся рана снова проколота,
как ублюдок, познавший принцип самодержавия.

морда разворочена брошенной мелочью,
захлебываюсь плевками одичавшего люда.
я убит, попавшей в темя картечью,
и вместо гроба меня кидают на блюдо,
выставляя искривленный лик на обозрение.
в уши Родины литрами вливают сладкие речи,
совковое стадо испытывает воодушевление
истребляя умы топорами на сече.

валят монументы ради голой похоти,
развращая ум чистого младенца.
белый потолок моей чести снова в копоти
ибо нагая рухлядь стала мозга иждивенцем.

ставят на чело метку со сроком годности,
чей лоб остыл - прямиком на голгофу.
выкалывают Правде глаза ножом подлости,
укутывая зорких в смирительную робу.

я взрываюсь, разлетаясь шматами по подъездам,
в которых варят свои строки поэты,
закрываясь от критики плотным брезентом,
рифмой острой вырезая многие беды.

кто кричая громче нужного - опущен в траншею,
кто видел сквозь стену - ей же задавлен.
свеча плачет воском об ушедших за Веру,
приговор которым был заранее объявлен.
и за деньги покупают,
кто жизнь грязную, кто смерть, не менее грехами вымазанную.
люд идет вроде в гору, но сам не замечает,
как падает в яму, помойным языком вылизанную.

черное солнце шагает в небо,
по пути умерщвляя птиц разноголосых.
вот оно время, когда родное млемя -
- стая разбойников, обкрадывающие свои же обозы.