Кто слышал
Немой вопль ночи тут же валился подкошенным. Мы
Рушили миражи, пока вокруг нас строили
Небоскрёбы планов наживы. Все мы были детьми,
Все мы были этим одолжены ненадолго.

Летом поезд летит рикошетом из джунглей бетона
В деревню. Помню наш джуниор-коммунизм на троих
В гетто дворовом: Серый, Жека и Коля, с криками
Санкюлотов «Viva la Republique!» в хромосомах.

А сейчас на них поглядишь, как будто всё было
Подтасовано. Вон один сидит, глаза опустил.
Верни меня в прошлое, и я предскажу каждому жизнь:
Под довольной миной – вериги собственности.

А кто тебе сказал: «стоп, не расти!»?
Если амбиции есть, с ними чего не сможешь достичь?
Кому-то в острог, а кто-то местный удельный князёк,
Да, Коля? Раньше привозил тебе слушать хип-хоп:

Buck 65, Jehst, Gural, Raekwon,
А ты убивался «Братья Улыбайте» хитом. На весь
Дом у тебя нашли только пару пластинок,
Но их я не крал, а запустил с балкона как фрисби.

(проигрыш)

А в остальном виноват: во-первых,
За внезапную вписку этого каравана
Двадцати человек среди ночи. Колян, извини.
Не знаю, почему-то я думал, ты будешь не против; во-вторых

Мы же не виделись около десяти лет. Деревья
Во дворе засекли время – я приехал сверить часы.
Тут всё по-прежнему – заборы косы, а рабочий
Обедом прошлогодних обещаний не сыт.

А кто-то друга готов удавить за три касаря,
Смотри, умудрился вон какой кипиш поднять,
Ведь я и не знал, что ты такая большая шишка, Колян,
И к тебе просто так не заехать навестить пацана.

На машинах с утра, с видом примятым, сильно уставшие,
Пробило на хавку, подчистили сразу холодильник
И иже с ним всё, что аппетитного вида лежало,
Одних яблок сточили килограмма четыре.

Беспорядок. Вокруг барахлишко разбросано.
А ты сидишь всю ночь, такой, с видом не против.
И сам мне три тысячи одолжил на дорогу
Я думал от радости, видать, от сильного шока.