Старуха не сводила глаз с окон Циннобера. Вдруг она звонко рассмеялась,
радостно захлопала в ладоши и прегромко закричала:
- Вот оно, вот оно, мое дитятко ненаглядное - мой крохотный гномик! С
добрым утром, крошка Цахес! С добрым утром, крошка Цахес!
Все взглянули вверх и, завидев маленького Циннобера, который стоял в
багряно-красном расшитом платье, с орденской лентой Зелено-пятнистого
тигра, у окна, доходившего до самого пола, так что сквозь большие стекла
была явственно видна вся его фигура, принялись смеяться без удержу, шуметь
и горланить:
- Крошка Цахес! Крошка Цахес! Ага, поглядите только на маленького
разряженного павиана! Несуразный выродок! Альраун! Крошка Цахес! Крошка
Цахес!