| HARDMC | 22 октября 2013 01:56 |
Цитата:
Цитата от Synelnikoff
(Сообщение 1077837753)
Цитата:
Цитата от HARDMC
(Сообщение 1077836683)
Цитата:
Цитата от Synelnikoff
(Сообщение 1077834271)
Видишь ли, друг, мне, в отличие от святош подобных тебе, хватает смелости признать что я ничто и после смерти меня ждет аннигиляция. Мне не нужна религиозная пилюля унимающая зуд по поводу бренности бытия; и мне не нужны христианские розовые очки, рисующие человека вмещающего в себе великое невидимое нечто (душу) и придающие жизни иллюзорный смысл. Я бы и рад принять этот самообман, но для этого мне придется деградировать. Фактически это равно интеллектуальной измене.
| Это самообман. Никто не хочет смерти и не ждет ее просто так, сложа рукава. Жизнь даже инстинктивно ищет шаги, чтобы уйти от смерти. Инстинкт самосохранения как-бы. Если ты хочешь сказать, что понял, мол, что смерть и аннигиляция - это неизбежно, и молча живешь дальше, как ни в чем не бывало.. то это даже абсурдно с точки зрения логики.. у тебя хотя бы должен закрасться вопрос - нахера это все нужно, если в конце, все равно, нет ничего?
| Я не говорил что я жажду смерти. Я просто констатирую тот факт, что судя по всему, после смерти нас ждет полная аннигиляция. И да, действительно, исходя из этого жизнь является абсурдной и бессмысленной.
Вопросом "нахера это все нужно?" я задаюсь регулярно, с момента самоосознания. Сначала моя позиция была неопределенной, метаясь между разными концепциями, но позже, получив больше информации о человеке и окружающем мире, а также изучив то что нам предлагает религия, я пришел к конкретной позиции - объективного смысла в человеческой жизни нет, так само как его нет в существовании самой вселенной. Мы просто вид развитых животных.
Почему я живу дальше, раз признаю что смысла нет? Потому что:
- действует инстинкт самосохранения, не позволяющий мне вышибить себе мозги;
- не хочется доставлять неудобства близким людям, фактом своей смерти;
- в этом мире можно приятно проводить время, и я вижу в себе потенциал обеспечить желаемый уровень комфортности бытия;
- я еще нахожусь на этапе познания этого мира, и моя позиция насчет него не является окончательной и бесповоротной;
- действует тот же психологический принцип, что и при просмотре фильмов - "хочу узнать чем все закончится";
То есть фактически, целью своей жизни я сделал гедонизм, и познание мира. Точнее не целью.. Это скорее выбор, как провести свой отрезок времени (около 60 лет) на этой планете, максимально приятно и интересно. Для меня жизнь подобна экскурсии, на происходящее я смотрю как бы со стороны, с определенной степенью безразличия.
| Ну это на самом деле здравая позиция как для первого этапа. Но инстинктивно, я думаю, все же должно оставаться чувство, что смысл должен где-то быть - это как игра на внимательность, осталось его найти. И обидно сдаваться рано и покидать "игру". Короче, ищи.:horosho: Цитата:
Цитата от Synelnikoff
(Сообщение 1077838781)
Цитата:
Цитата от HARDMC
(Сообщение 1077836733)
Цитата:
Цитата от Synelnikoff
(Сообщение 1077834390)
То о чем ты говоришь, в частности Любовь, Гуманизм и прочее, это прекрасно. Но почему ты считаешь, что это можно постичь лишь путем христианства? Не хочешь ли ты сказать, что оно является неким моральным монополистом в этом плане?
Прекрасные образцы моральности мы видим еще со времен античной культуры, и позже, в философских доктринах по всему свету. Многие другие религии учат этому. Конфуцианство, в частности, есть образцом гражданской морали человека. И так далее.
| Если взять все известные религии, то я не знаю, например, ни одной религии, может ты поправишь, какая бы предьявляла настолько высокие требование к человеку, как это делает христианство.
Нужно понимать, что любая религия - это по сути комплекс ограничений и наставлений, которые помогают человеку расти над собой. Рост начинается только тогда, когда человек делает усилие воли, если его воля и дух расслаблен - происходит деградация. Ограничения или наставления религии и помогают развивать волю и силу духа.
Первые религии, например - иудаизм - это религии ограничений, они основана на страхе. Иудаизм дал Закон. Закон - это всегда страх наказания.
То же самое и с исламом, хотя он и самая молодая религия. "Аллах - это его запреты" - говорят в исламе. Арабы были на такой же стадии развития, когда к ним пришел ислам, как евреи при получении иудаизма. К высшим требованиям они были попросту неготовы.
Христианство по требованиям к человеку - это следующий этап после религии запрета, самый высший на сегодня. Христианство говорит: вы не делаете человеку ничего плохого, но не потому, что не хотите, а потому что боитесь наказания; но душа у вас при этом может быть нечиста, в душе вы можете желать зла. Поэтому христианство добирается уже к душе и говорит: не просто не нарушайте законы из-за страха, а соблюдайте их добровольно - из любви к ближнему. "Я пришел не нарушить закон, а исполнить".
Из-за этого, кстати, христианство часто называли анархизмом, чем оно, по сути, и является. И такая "анархия" основана на вере. Верующему не нужны законы, его вера - его закон.
Христианство выдвигает уже позитивное требование, а не просто запрет, - любите! Любите Бога и ближнего, любите даже врагов. Ибо грешники тоже любят тех, кто им делает что-то хорошее, так чем вы лучше их, если также будете хорошо относится только к тем, кто хорошо относится к вам?
В этом плане христианство - самая гуманная и прогрессивная религия из существующих. Она возносит человека (в его потенциале) к уровню Бога, она верит, что человек может подняться на самую вершину: "Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный".
| 1. Какие требования, по твоему, стоит считать "высокими"?
Если слово "высокие" понимать как "жесткие" или "строгие", то здесь тот же ислам стоит выше христианства. И уж тем более выше стоят разные тоталитарные секты.
Если слово "высокие" понимать как "высокоморальные", то возникают проблемы с субъективностью восприятия слова "мораль", а так же категорий что в нем содержаться.
Например, ты безапелляционно заявляешь, что "смирение" и "любовь к врагу своему" являются благими качествами. Я же считаю эти качества деструктивными и разрушающими личность, такими, которые делают человека слабым и неконкурентоспособным. Качествами decadence, по Ницше.
| Высокие следует конечно понимать, грубо говоря, больше как "высокоморальные", чем как "жесткие". Субьективность морали преодолевается тем, что во главу угла ставится человек. Просто человек, не какой-то особенный, а вообще как творение Господа. И этим любая относительность морали становится невозможной, мораль закрепляется ценностью человека как единой и основополагаюшей.
Исходя из абсолютной ценности человека тот же Кант вывел категорический императив. и двузначности он тоже не предусматривает - относится к человеку как к цели, а не как к средству. Другой человек становится целью только в любви, не в банальной любви между мужчиной и женщиной, а в любви к нему как к личности, как к микрокосму со своим высшим достоинством и богатством. Но разглядеть все это в человеке можно лишь веря, что в нем есть частица Бога. Без веры в Бога нет веры в человека, последний превращается в такое же животное, как все остальные. Поэтому 2 заповеди Нового Завета и неотделимы друг от друга - люби Бога и ближнего. Не любишь Бога - не можешь увидеть у ближнего потенциал роста, не любишь ближнего - не веришь в могущество и всеобьятность Бога.
Христианство - это, по сути, экзистенциализм. Оно видит в каждой рядовой душе, даже в мытаре или блуднице, безграничную гамму чувств, внутреннюю трагедию, которая по своему масштабу сродни всечеловеческим трагедиям, в жизни одного отражается жизнь вселенной. Один человек и все человечество сравниваются христианством по значению. А это значит, что Богу дорог каждый, даже самый последний наркоман или преступник, и ради их спасения Бог и принял подобие человека и умер на кресте. В этом "высокость" христианства по сравнению с другими.
Если ты говоришь, что любовь к врагу - это признак слабости, то у тебя примитивное понятие силы. Ницше силу понимал в ее грубом смысле, как физическую силу, стремление к власти и бессмертию. Это слишком близоруко. Добро всегда неэффективно в краткосрочной перспективе, зато эффективно в долгосрочной, а зло - наоборот. Но человек не может просчитать этот принцип, поэтому хитрые и злые люди думают, что они поступают рационально, обманывая кого-то, и получая быструю выгоду.
Но дело даже не в этом. Любовь - это сила, потому что она побеждает зло, как свет побеждает тьму. Такой механизм. Любовь к злому человеку делает из него доброго, ему даже не удобно продолжать зло, чувствуя, что к нему относятся с любовью. В этой схватке любви и зла любовь всегда эффективней, она "гасит" зло. Только лаской, как говорил профессор Преображенский.
И смирение тут не при чем, оно вообще в другом смысле употребляется - как смирение своих страстей, смирение себя. Перед другими не нужно усмирятся, их нужно любить, это не пассивная, а активная позиция. Никакого декаданса здесь нет. Но любить, опять таки, можно только при вере в Бога. В другом случае заставить себя любить всех этих пьющих пиво на лавочке не реально. И любя, помогать им, если нужно, с приминеним силы, но без злого умысла, без ненависти. Родители детей бьют из любви.
Ницше понимал Бога как старозаветного Бога - карающего, но он не понимал, какой у Бога источник силы. Бог побеждает смерть только в распятии, в самопожертве как проявлении любви. И именно любовь - источник силы победить смерть и бессмертия. По другому "богом" никак стать нельзя. Как писал Евтушенко "Дай Бог быть богом хоть чуть-чуть, но быть нельзя чуть-чуть распятым."
На другие пункты отвечу позже. АПДЕЙТ:
"Один человек и все человечество сравниваются христианством по значению." - В этом смысле, кстати, следует понимать и слова Достоевского, что "Даже счастье всего мира не стоит одной слезинки на щеке невинного ребёнка", и Святого Петра - "Ни одно доброе дело не стоит слезы ребенка." Это та максима, из который должен исходить христианин. В этом христианство выше остальных. Но любовь не может быть не добровольной, поэтому у человека есть выбор. |
